Суббота, 17 Сентября 2022 15:39

Прор. Моисея Боговидца (XVI в. до Р. Х.). Обретение мощей свт. Иоасафа, епископа Белгородского (1911). Второе обретение (1964) и перенесение (1989) мощей свт. Митрофана, в схиме Макария, епископа Воронежского. Собор Воронежских святых

Ве­ли­кий про­рок и за­ко­но­да­тель из­ра­иль­тян про­ис­хо­дил из ко­ле­на Ле­ви­и­на. Ро­дил­ся в Егип­те при­бли­зи­тель­но в 1570 го­ду до Р. X. и вос­пи­тан до­че­рью фа­ра­о­на. Во всех сво­их на­чи­на­ни­ях и по­ступ­ках Мо­и­сей яв­лял­ся ору­ди­ем в ру­ках Все­выш­не­го. Мо­и­сей был че­ло­ве­ком, ко­то­ро­му Бог от­крыл тай­ны бы­тия: со­тво­ре­ние ми­ра и че­ло­ве­ка. На го­ре Си­най­ской он при­нял от Бо­га 10 за­по­ве­дей Его. Си­лой Бо­жи­ей тво­рил ве­ли­кие зна­ме­ния и чу­де­са. Пре­ста­вил­ся 120-ти лет в стране Мо­авит­ской. По­гре­бен в до­лине близ Веф­фе­го­ра, но «ни­кто не зна­ет ме­ста по­гре­бе­ния его да­же до се­го дня» (Втор.34:6).

О жиз­ни Мо­и­сея по­вест­ву­ют кни­ги Биб­лии – Ис­ход, Чис­ла и Вто­ро­за­ко­ние.

См. так­же: "Жи­тие свя­то­го про­ро­ка Мо­и­сея Бо­го­вид­ца" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

 

 

***

Свя­ти­тель Иоасаф, епископ Белгородский

КРАТКОЕ ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ ИОАСАФА БЕЛГОРОДСКОГО

Свя­ти­тель Иоасаф ро­дил­ся в При­лу­ках, быв­шей Пол­тав­ской гу­бер­нии, 8 сен­тяб­ря 1705 го­да, на празд­ник Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. При Кре­ще­нии на­зван Иоаки­мом. Он про­ис­хо­дил из древ­не­го бла­го­че­сти­во­го ма­ло­ро­сий­ско­го ро­да Гор­лен­ко­вых. В 1712 го­ду 7-лет­не­го Иоаки­ма отец от­дал в Ки­ев­скую ду­хов­ную ака­де­мию. В сте­нах ака­де­мии он ощу­тил вле­че­ние к мо­на­ше­ской жиз­ни. 7 лет ис­пы­ты­вал се­бя бу­ду­щий свя­ти­тель и на­ко­нец от­крыл­ся ро­ди­те­лям. Дол­го мать с от­цом упра­ши­ва­ли сы­на-пер­вен­ца не при­ни­мать мо­на­ше­ский по­стриг. Но в 1725 оду он тай­но от них при­нял ря­со­фор с име­нем Ила­ри­он в Ки­ев­ском Ме­жи­гор­ском мо­на­сты­ре, а 21 но­яб­ря 1727 го­да был по­стри­жен в ман­тию с име­нем Иоасаф в Ки­е­во-Брат­ском мо­на­сты­ре. Это со­бы­тие сов­па­ло с за­вер­ше­ни­ем обу­че­ния в ду­хов­ной ака­де­мии. Через год инок Иоасаф был хи­ро­то­ни­сан ар­хи­епи­ско­пом Вар­ла­а­мом Во­на­то­ви­чем в сан иеро­ди­а­ко­на. Его оста­ви­ли пре­по­да­ва­те­лем в Ки­ев­ской ду­хов­ной ака­де­мии. По­сле смер­ти прео­свя­щен­но­го Вар­ла­а­ма Ки­ев­ской ка­фед­рой стал управ­лять ар­хи­епи­скоп Ра­фа­ил За­бо­рос­кий. Ар­хи­епи­скоп Ра­фа­ил об­ра­тил вни­ма­ние на вы­да­ю­щи­е­ся спо­соб­но­сти мо­ло­до­го по­движ­ни­ка и при­влек его для бо­лее ши­ро­ко­го слу­же­ния Церк­ви. Ему бы­ло по­ру­че­но от­вет­ствен­ное по­слу­ша­ние в долж­но­сти эк­за­ме­на­то­ра при Ки­ев­ской ар­хи­епи­ско­пии. В но­яб­ре 1734 го­да ар­хи­епи­скоп Ра­фа­ил по­свя­тил иеро­ди­а­ко­на Иоса­фа в сан иеро­мо­на­ха и пе­ре­вел из учи­лищ­но­го Брат­ско­го мо­на­сты­ря в Ки­е­во-Со­фий­ский ар­хи­ерей­ский дом. Од­новре­мен­но он был на­зна­чен чле­ном Ки­ев­ской ду­хов­ной кон­си­сто­рии. Ис­пол­няя долж­ность эк­за­ме­на­то­ра, он при­ло­жил мно­го уси­лий к ис­прав­ле­нию нрав­ствен­ных недо­стат­ков при­ход­ско­го ду­хо­вен­ства. Кон­сис­тор­ская долж­ность свя­ти­те­ля бы­ла пре­крас­ной шко­лой для его ор­га­ни­за­тор­ских спо­соб­но­стей. В это вре­мя он хо­ро­шо изу­чил нуж­ды свя­щен­но­слу­жи­те­лей, до­сто­ин­ства и недо­стат­ки епар­хии. Здесь яс­но опре­де­ли­лась все­сто­рон­ность де­ло­вых ка­честв Иоаса­фа, со­че­та­ю­ща­я­ся с боль­ши­ми внут­рен­ни­ми по­дви­га­ми. Он быст­ро вос­хо­дил по лествице ду­хов­но­го со­вер­шен­ства, о чем сви­де­тель­ству­ет со­хра­нив­ше­е­ся его про­из­ве­де­ние «Брань сед­ми чест­ных доб­ро­де­те­лей с сед­ми гре­ха­ми смерт­ны­ми».

24 июня 1737 го­да иеро­мо­нах Иоасаф был на­зна­чен на­сто­я­те­лем Свя­то-Пре­об­ра­жен­ско­го Мгар­ско­го мо­на­сты­ря с воз­ве­де­ни­ем в сан игу­ме­на. В сво­ем мо­на­сты­ре все си­лы игу­мен по­ла­гал на бла­го­устрой­ство оби­те­ли, в про­шлом быв­шей опло­том пра­во­сла­вия в борь­бе с уни­ей. В мо­на­сты­ре на­хо­ди­лись мо­щи свя­ти­те­ля Афа­на­сия, пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го, Лу­бин­ско­го чу­до­твор­ца (па­мять 2 мая). Несколь­ко раз пат­ри­арх Афа­на­сий яв­лял­ся игу­ме­ну Иоаса­фу, сви­де­тель­ствуя о сво­ем по­кро­ви­тель­стве.

В 1744 го­ду мит­ро­по­лит Ра­фа­ил воз­вел игу­ме­на Иоаса­фа в сан ар­хи­манд­ри­та. В кон­це то­го же го­да он был вы­зван в Моск­ву и вско­ре рас­по­ря­же­ни­ем Свя­тей­ше­го Си­но­да на­зна­чен на­мест­ни­ком Свя­то-Тро­иц­кой Лав­ры. В оби­те­ли пре­по­доб­но­го Сер­гия он также са­мо­от­вер­жен­но ис­пол­нял по­слу­ша­ния Церк­ви (в те го­ды тре­бо­ва­лось мно­го сил для вос­ста­нов­ле­ния мо­на­сты­ря по­сле по­жа­ра).

2 июня 1748 го­да в Пет­ро­пав­лов­ском со­бо­ре Пе­тер­бур­га ар­хи­манд­рит Иоасаф был хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па Бел­го­род­ско­го. Всту­пив на ар­хи­ерей­скую ка­фед­ру, свя­ти­тель Иоасаф стро­го сле­дил за бла­го­че­сти­ем и со­сто­я­ни­ем хра­мов, за пра­виль­но­стью со­вер­ше­ния бо­го­слу­же­ния и осо­бен­но за нрав­ствен­но­стью паст­вы. Осо­бен­но боль­шое вни­ма­ние свя­ти­тель уде­лял об­ра­зо­ва­нию ду­хо­вен­ства, пра­виль­но­му со­блю­де­нию ими уста­ва и цер­ков­ных тра­ди­ций. Как и преж­де, свя­ти­тель Иоасаф все си­лы от­да­вал ар­хи­пас­тыр­ско­му слу­же­нию, не ща­дя сво­е­го здо­ро­вья. Сво­е­му ке­лей­ни­ку Сте­фа­ну на­ка­нуне пре­став­ле­ния свя­ти­тель за­пре­тил до­мо­гать­ся свя­щен­но­го са­на и пре­ду­пре­дил, что в слу­чае непо­слу­ша­ния его по­стигнет безвре­мен­ная кон­чи­на. Дру­го­му ке­лей­ни­ку, Ва­си­лию, свя­ти­тель ука­зал, что он бу­дет дья­ко­ном, са­на свя­щен­ни­ка ни­ко­гда не до­стигнет. И это пред­ска­за­ние впо­след­ствии ис­пол­ни­лось.

10 де­каб­ря 1754 го­да свя­ти­тель пре­ста­вил­ся. Про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля Иоаса­фа в ли­ке свя­тых со­сто­я­лось 4 сен­тяб­ря 1911 го­да.

ПОЛ­НОЕ ЖИ­ТИЕ СВЯ­ТИ­ТЕ­ЛЯ ИОАСА­ФА БЕЛГОРОДСКОГО

Свя­ти­тель Иоасаф ро­дил­ся в неболь­шом го­род­ке При­лу­ки Пол­тав­ской гу­бер­нии 8 сен­тяб­ря 1705 го­да в день Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы в име­ни­той дво­рян­ской се­мье Гор­лен­ко. На­ре­чен­ный во Свя­том Кре­ще­нии име­нем Иоаки­ма, ро­ди­те­ля Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, мла­де­нец Иоаким (впо­след­ствии свя­ти­тель Иоасаф) все­гда на­хо­дил­ся под осо­бым по­кро­ви­тель­ством Пре­чи­стой Вла­ды­чи­цы. Ро­ди­те­ли св. Иоаса­фа бы­ли очень бо­го­бо­яз­нен­ны и жи­ли по всем пра­ви­лам Пра­во­слав­ной Церк­ви. Отец – Ан­дрей Ди­мит­ри­е­вич Гор­лен­ко, был бун­чуж­ным, т. е. за­ве­до­вал бун­чу­ком – вой­ско­вым зна­ме­нем при гет­мане Да­ни­и­ле Пав­ло­ви­че Апо­сто­ле, на до­че­ри ко­то­ро­го Ма­рии Да­ни­ловне он и был же­нат. Се­мей­ство Гор­лен­ко в то вре­мя от­ли­ча­лось осо­бой ре­ли­ги­оз­но­стью, ни­ще­лю­би­ем и бла­го­тво­ри­тель­но­стью. Вос­пи­ты­ва­ясь в та­кой се­мье, мо­ло­дой от­рок Иоаким с ран­них лет от­ли­чал­ся боль­шой ре­ли­ги­оз­ной на­стро­ен­но­стью. Еще в го­ды от­ро­че­ства Иоаки­ма Ми­ло­сер­дый Гос­подь воз­ве­стил Свою Свя­тую во­лю о его бу­ду­щем в чу­дес­ном ви­де­нии, ко­то­рое бы­ло яв­ле­но от­цу Иоаки­ма Ан­дрею Ди­мит­ри­е­ви­чу. Од­на­жды ве­че­ром он си­дел на крыль­це сво­е­го до­ма и вдруг при за­хо­де солн­ца уви­дел сто­яв­шую за го­ри­зон­том на воз­ду­хе Бо­жию Ма­терь с Ан­ге­лом, и у ног Их – сы­на сво­е­го Иоаки­ма, сто­я­ще­го на ко­ле­нях и при­но­ся­ще­го Бо­жи­ей Ма­те­ри мо­лит­вы. По­том он услы­шал сло­ва Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы: «До­вле­ет Мне мо­лит­ва твоя», и в этот мо­мент сле­тел Ан­гел Гос­по­день и об­ла­чил Иоаки­ма в ар­хи­ерей­скую ман­тию.

На вось­мом го­ду жиз­ни Иоаким был от­прав­лен в Ки­ев­скую Ака­де­мию для изу­че­ния на­ук, и в осо­бен­но­сти сло­вес­ных. Бла­го­че­сти­вый склад по­лу­мо­на­ше­ской жиз­ни в ака­де­мии, оби­лие свя­тынь в г. Ки­е­ве – ма­те­ри го­ро­дов Рус­ских и осо­бен­но зна­ком­ство с ино­ка­ми-по­движ­ни­ка­ми Ки­е­во-Пе­чер­ски­ми – все это спо­соб­ство­ва­ло то­му, что уже на 11-ом го­ду сво­ей жиз­ни Иоаким Гор­лен­ко воз­лю­бил мо­на­ше­ство, на 16-ом го­ду жиз­ни, ко вре­ме­ни окон­ча­ния школь­но­го об­ра­зо­ва­ния, в нем утвер­ди­лось на­ме­ре­ние быть мо­на­хом и все­це­ло овла­де­ло его во­лею, а на 18-ом го­ду жиз­ни в Иоаки­ме окон­ча­тель­но со­зре­ла и утвер­ди­лась мысль об от­ре­че­нии от ми­ра и при­ня­тии ино­че­ства.

В ско­ром вре­ме­ни Иоаким оста­вил ака­де­мию и уда­лил­ся в пу­стын­ный и от­ли­чав­ший­ся стро­го по­движ­ни­че­ской жиз­нью Ки­е­во-Ме­жи­гор­ский Спа­со-Пре­об­ра­жен­ский мо­на­стырь, в ко­то­ром и пре­дал­ся все­це­ло мо­на­стыр­ско­му по­слу­ша­нию – под­го­то­ви­тель­ной сту­пе­ни к при­ня­тию мо­на­ше­ства. Здесь Иоаким лю­бил уеди­нять­ся для мо­лит­вы в пе­ще­ру од­ной го­ры. Рев­ность мо­ло­до­го по­слуш­ни­ка к мо­лит­вен­ным по­дви­гам, умерщ­вле­нию пло­ти и по­ко­ре­нию ее ду­ху до­хо­ди­ла в это вре­мя до то­го, что он в про­дол­же­нии ис­ку­са не вку­шал да­же ва­ре­ной пи­щи, до­воль­ству­ясь са­мой скуд­ною су­ро­вою пи­щею.

По­сле 2-хго­дич­но­го ис­пы­та­ния по­движ­ник Иоаким Гор­лен­ко на 21 го­ду жиз­ни, 27 ок­тяб­ря 1725 го­да при­нял ря­со­фор и на­ре­чен был в ино­че­стве Ил­ла­ри­о­ном. 21 но­яб­ря, в празд­ник Вве­де­ния во храм Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, 1727-го го­да 22-хлет­ний Ил­ла­ри­он, по от­ре­че­нии от все­го мир­ско­го, принял ве­ли­кое по­стри­же­ние в ман­тию с име­нем Иоасаф. В сле­ду­ю­щем го­ду, 6 ян­ва­ря 1728 го­да, инок Иоасаф был по­свя­щен в сан иеро­ди­а­ко­на. Спу­стя год иеро­ди­а­кон Иоасаф был опре­де­лен учи­те­лем низ­ше­го клас­са Ки­ев­ской ака­де­мии. Три го­да про­дол­жа­лось его по­слу­ша­ние учи­те­лем.

В 1732 г. Ки­ев­скую ака­де­мию по­се­тил вновь на­зна­чен­ный ар­хи­епи­скоп Ра­фа­ил За­бо­ров­ский. Иеро­ди­а­кон Иоасаф при­вет­ство­вал его сти­хо­твор­ной ре­чью. Ар­хи­пас­тырь за­ме­тил в Иоаса­фе Гор­лен­ко вы­со­кие ду­хов­ные да­ро­ва­ния, при­бли­зил его к се­бе и 13 сен­тяб­ря 1734 го­да на­зна­чил эк­за­ме­на­то­ром при Ки­ев­ской ка­фед­ре, а 8 но­яб­ря то­го же 1734 го­да, на 30 го­ду жиз­ни, по­свя­тил иеро­ди­а­ко­на Иоаса­фа в сан иеро­мо­на­ха.

Бу­ду­щий свя­ти­тель Иоасаф на­чи­на­ет тру­дить­ся на ни­ве пас­тыр­ско­го слу­же­ния. Сна­ча­ла в Ки­е­во-брат­ском мо­на­сты­ре, а по­том в Ки­е­во-Со­фий­ском ка­фед­раль­ном со­бо­ре. Ар­хи­епи­ско­п Ра­фа­ил, ви­дя рев­ность и тру­до­лю­бие мо­ло­до­го пас­ты­ря, бла­го­слов­ля­ет его (в 1737 го­ду) на служ­бу в до­воль­но на­се­лен­ный Лу­бен­ско-Мгар­ский Пре­об­ра­жен­ский мо­на­стырь игу­ме­ном оби­те­ли. Здесь мо­ло­дой игу­мен явил се­бя тру­до­лю­би­вым, спра­вед­ли­вым, люб­ве­обиль­ным и весь­ма за­бот­ли­вым упра­ви­те­лем Лу­бен­ской оби­те­лью. В про­дол­же­ние управ­ле­ния Лу­бен­ской оби­те­лью, как в преды­ду­щее, так и в по­сле­ду­ю­щее вре­мя, игу­мен Иоасаф вел стро­го по­движ­ни­че­скую жизнь. Бу­ду­ще­му свя­ти­те­лю в то вре­мя мно­го при­шлось по­ра­бо­тать над вос­ста­нов­ле­ни­ем раз­ру­шен­но­го хо­зяй­ства оби­те­ли. Для воз­об­нов­ле­ния глав­но­го мо­на­стыр­ско­го хра­ма и про­чих зда­ний не бы­ло ни­ка­ких средств, и в 1742 г. игу­мен от­прав­ля­ет­ся в С.-Пе­тер­бург за сбо­ром по­жерт­во­ва­ний на храм Бо­жий. В С.-Пе­тер­бур­ге игу­мен Иоасаф удо­сто­ил­ся вы­со­чай­ше­го вни­ма­ния им­пе­ра­три­цы Ели­за­ве­ты Пет­ров­ны. Бла­го­че­сти­вая го­су­да­ры­ня, лю­бив­шая цер­ков­ное бла­го­ле­пие и усерд­но по­се­щав­шая хра­мы и мо­на­сты­ри, ми­ло­сти­во при­ня­ла про­си­те­ля и при­ка­за­ла вы­дать ему на со­ору­же­ние хра­ма 2000 руб­лей. К чис­лу при­чин, рас­по­ло­жив­ших государныю к по­жерт­во­ва­нию на со­ору­же­ние хра­ма в Лу­бен­ской оби­те­ли, нуж­но от­не­сти тро­га­тель­ное и очень на­зи­да­тель­ное сло­во игу­ме­на Иоаса­фа о люб­ви к Бо­гу. 16 ав­гу­ста 1744 го­да по пря­мо­му ука­за­нию им­пе­ра­три­цы Ели­за­ве­ты Пет­ров­ны он был воз­ве­ден в сан ар­хи­манд­ри­та и через неко­то­рое вре­мя вы­зван в Моск­ву, где 29 ян­ва­ря 1745 го­да ар­хи­манд­рит Иоасаф был на­зна­чен на­мест­ни­ком Свя­то-Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой Лав­ры с остав­ле­ни­ем за ним на­сто­я­тель­ства в Лу­бен­ском мо­на­сты­ре.

За вре­мя слу­же­ния в Лав­ре ар­хи­манд­рит Иоасаф явил се­бя весь­ма рев­ност­ным и по­лез­ным со­ра­бот­ни­ком ее на­сто­я­те­ля, свя­щен­ноар­хи­манд­ри­та Лав­ры и ар­хи­епи­ско­па Ар­се­ния Мо­ги­лян­ско­го. Ис­пы­ты­вая те­лес­ные бо­лез­ни, про­ис­хо­дя­щие от чрез­мер­но стро­гой ас­ке­ти­че­ской жиз­ни, но не оску­де­вая ду­хом, ар­хи­манд­рит Иоасаф с от­мен­ным усер­ди­ем со­вер­шал здесь укро­ще­ние ду­хов­но­го свое­во­лия, углуб­лял­ся в по­сто­ян­ное слу­же­ние Бо­гу, вос­хо­дил от си­лы в си­лу в лич­ном по­дви­ге, внут­рен­ней ду­хов­ной борь­бе и весь­ма мно­го тру­дил­ся на поль­зу вве­рен­ных ему свя­тых оби­те­лей.

Но не дол­гим бы­ло слу­же­ние ар­хи­манд­ри­та Иоаса­фа в Свя­то-Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой Лав­ре. 15 мар­та 1748 го­да со­сто­я­лось вы­со­чай­шее по­ве­ле­ние о на­зна­че­нии ар­хи­манд­ри­та и на­мест­ни­ка Иоаса­фа во епи­ско­па на Бел­го­род­скую епар­хию. 2 июня то­го же 1748 го­да бла­го­го­вей­ный ар­хи­манд­рит Иоасаф был по­свя­щен во епи­ско­па Бел­го­род­ско­го и Обо­ян­ско­го. Ру­ко­по­ло­же­ние ар­хи­манд­ри­та Иоаса­фа бы­ло со­вер­ше­но в Неде­лю всех свя­тых, в С.-Пе­тер­бург­ском Пет­ропав­лов­ском со­бо­ре, в при­сут­ствии им­пе­ра­три­цы Ели­за­ве­ты Пет­ров­ны и вы­со­чай­шей фа­ми­лии.

6 ав­гу­ста 1748 го­да, в празд­ник Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня, но­во­по­став­лен­ный свя­ти­тель Иоасаф при­был в свой епар­хи­аль­ный го­род Бел­го­род утром ко вре­ме­ни Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии. Несмот­ря на сла­бое здо­ро­вье свое и из­ну­ре­ние да­ле­ким пу­те­ше­стви­ем из С.-Пе­тер­бур­га в Бел­го­род, он со­вер­шил в этот день Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию в ка­фед­раль­ном Свя­то-Тро­иц­ком со­бо­ре.

Так на­чал свое ар­хи­пас­тыр­ское слу­же­ние ве­ли­кий угод­ник Бо­жий свя­ти­тель Иоасаф. Ис­пол­нен­ный глу­бо­чай­ше­го сми­ре­ния и люб­ви к Бо­гу и ближ­не­му, он с ве­ли­кой рев­но­стью и усер­ди­ем при­нял­ся за браз­ды ар­хи­пас­тыр­ско­го слу­же­ния. С це­лью под­ня­тия об­ра­зо­ва­тель­но­го и ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го со­сто­я­ния при­ход­ско­го ду­хо­вен­ства прео­свя­щен­ный Иоасаф с пер­во­го го­да вступ­ле­ния на Бел­го­род­скую ка­фед­ру, несмот­ря на сла­бость здо­ро­вья, еже­год­но со­вер­шал обо­зре­ние сво­ей об­шир­ной епар­хии и оста­нав­ли­вал­ся не в покойных чер­то­гах бо­га­чей, а в бед­ных хи­жи­нах кре­стьян или неза­тей­ли­вых до­ми­ках сель­ских ба­тю­шек. По­лу­чая при­ют в на­зван­ных жи­ли­щах, свя­ти­тель Иоасаф ноч­ное вре­мя по­свя­щал мо­лит­ве, а утром, по со­вер­ше­нии Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии, на­став­лял па­со­мых пра­во­слав­но хри­сти­ан­ской ве­ре и бла­го­че­стию.

Его мож­но бы­ло ви­деть то в Бел­го­ро­де, то в Харь­ко­ве, то в боль­шом се­ле­нии, то в за­хо­луст­ной де­ре­вуш­ке. Осо­бен­но зор­ко бди­тель­ный свя­ти­тель сле­дил за тем, чтобы пас­ты­ри церк­ви Хри­сто­вой бы­ли пре­ис­пол­не­ны глу­бо­ко­го бла­го­го­ве­ния к служ­бам цер­ков­ным и свя­ты­ням.

Неред­ко ру­ко­во­ди­мый та­ин­ствен­ным пред­чув­стви­ем свя­ти­тель Иоасаф вскры­вал са­мые со­кро­вен­ные по­мыш­ле­ния ближ­них. Од­на­жды свя­ти­тель со­брал к се­бе в свой ар­хи­ерей­ский дом свя­щен­ни­ков от всех бел­го­род­ских и окрест­ных церк­вей. Меж­ду пас­ты­ря­ми был один 130-лет­ний ста­рец-свя­щен­ник, на ко­то­ро­го свя­ти­тель Иоасаф и об­ра­тил свое вни­ма­ние. Дол­гая жизнь, пре­клон­ная ста­рость и сог­бен­ность стар­ца воз­бу­ди­ли свя­ти­те­ля к даль­ней­ше­му ис­сле­до­ва­нию его жиз­ни. Люб­ве­обиль­ный и крот­кий ар­хи­пас­тырь Иоасаф по­буж­дал стар­ца-свя­щен­ни­ка рас­крыть пред ним со­весть свою, при­не­сти по­ка­я­ние во гре­хах. Ста­рец-свя­щен­ник рас­ска­зал как в быт­ность свя­щен­ни­ком в се­ле N в один ка­кой-то празд­ник со­вер­шил ран­нюю Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию, опа­са­ясь стро­го­го те­лес­но­го на­ка­за­ния от свое­власт­но­го су­ро­во­го по­ме­щи­ка, он от­слу­жил для него и позд­нюю (вто­рую) Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию, несмот­ря на то, что по­сле про­ско­ми­дии неви­ди­мый го­лос, неиз­вест­но от­ку­да и от ко­го про­ис­хо­дя­щий, го­во­рил ему: «Оста­но­вись, что ты де­ла­ешь? Не дер­зай, ес­ли же дерз­нешь, про­клят ты бу­дешь». «Я, – го­во­рил свя­ти­те­лю Иоаса­фу свя­щен­ник, – не рас­су­дил и дерз­но­вен­но от­ве­тил: «ты будь про­клят» и про­дол­жал как сле­ду­ет со­вер­шать по чи­но­по­ло­же­нию. Свя­ти­тель от та­ко­го объ­яс­не­ния со­дрог­нул­ся и ска­зал: «Что ты сде­лал? Ты про­клял Ан­ге­ла Бо­жия, хра­ни­те­ля то­го ме­ста, оба вы свя­за­ны про­кля­ти­ем и до­ныне. Вот при­чи­на дол­го­ле­тия тво­е­го». Ни­че­го не ска­зал бо­лее то­гда свя­ти­тель, а, оста­вив иерея на несколь­ко дней у се­бя, при­ка­зал отыс­кать ему по­ход­ную цер­ковь. Ра­но утром прео­свя­щен­ный Иоасаф от­пра­вил­ся с по­ход­ною цер­ко­вью за Бел­го­род, где на­хо­ди­лась ра­нее упразд­нен­ная де­ре­вян­ная цер­ковь. Прео­свя­щен­ный по­ве­лел иерею-стар­цу со­вер­шить про­ско­ми­дию, а по окон­ча­нии по­след­ней на­чать и Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию. Во вре­мя со­вер­ше­ния ли­тур­гии свя­ти­тель сто­ял в ал­та­ре на пра­вой сто­роне. По окон­ча­нии ли­тур­гии свя­ти­тель по­до­звал стар­ца-свя­щен­ни­ка и по­ве­лел чи­тать «Ныне от­пу­ща­е­ши ра­ба тво­е­го, Вла­ды­ко...» все до кон­ца. По про­чте­нии этой мо­лит­вы ар­хи­пас­тырь, бла­го­слов­ляя стар­ца-свя­щен­ни­ка, ска­зал: «Про­щаю и раз­ре­шаю те­бя от всех тво­их гре­хов». При­ми­рен­ный мо­лит­ва­ми свя­ти­те­ля с Бо­гом, Ан­ге­лом, охра­няв­шим свя­тый пре­стол, и сво­ею со­ве­стью, ста­рец-свя­щен­ник в пол­ном об­ла­че­нии стал сла­беть и, опу­стив­шись перед пре­сто­лом, на ко­то­ром толь­ко что при­нес уми­ло­сти­ви­тель­ную Жерт­ву, пре­дал дух свой Бо­гу.

В 1754 го­ду, ко­гда свя­ти­тель при­е­хал в се­ло За­мо­стье (ныне го­род в Харь­ков­ской об­ла­сти), в при­тво­ре мест­ной церк­ви он об­ра­тил вни­ма­ние на сто­яв­шую в уг­лу ико­ну Бо­го­ма­те­ри, око­ло ко­то­рой бы­ли ссы­па­ны уголь и му­сор. Вла­ды­ка оста­но­вил­ся и дол­го с бла­го­го­ве­ни­ем смот­рел на ико­ну, по­том, осе­нив се­бя крест­ным зна­ме­ни­ем, пал пред об­ра­зом на ко­ле­ни и вос­клик­нул: «Ца­ри­ца Небес­ная! Про­сти небреж­ность Тво­их слу­жи­те­лей, не ви­дят бо, что тво­рят». «В об­ра­зе сем, – ска­зал вла­ды­ка со­про­вож­дав­ше­му его бла­го­чин­но­му, – пре­и­зоби­лу­ет бла­го­дать Бо­жия; в нем Пре­свя­тая Вла­ды­чи­ца яв­ля­ет осо­бое зна­ме­ние Сво­е­го за­ступ­ни­че­ства для это­го се­ла и всей стра­ны». Свя­ти­тель во­шел в храм и ука­зал ме­сто для об­ра­за Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы по­за­ди ле­во­го кли­ро­са и ве­лел по­ста­вить его вме­сто на­хо­див­ших­ся там об­вет­шав­ших икон. С то­го вре­ме­ни и на­ча­лось про­слав­ле­ние ико­ны, име­ну­е­мой по все­му югу Рос­сии «Пес­чан­ской». Со­ору­же­ние хра­ма для нее на Пес­ках и пе­ре­не­се­ние ее в но­вый храм, пред­ви­ден­ное свя­ти­те­лем, со­сто­я­лось толь­ко в 1826 го­ду.

Имея без­гра­нич­ное ми­ло­сер­дие и не зна­ю­щую пре­де­лов лю­бовь к ближ­не­му, свя­ти­тель Иоасаф осо­бен­но от­ли­чал­ся де­ла­ми ми­ло­сер­дия и бла­го­тво­ри­тель­но­сти бед­ным и неиму­щим. Так, пред ве­ли­ки­ми хри­сти­ан­ски­ми празд­ни­ка­ми, он имел обык­но­ве­ние по­сы­лать пре­дан­но­го се­бе ке­лей­ни­ка в жи­ли­ща бед­но­сти, к ли­цам, из­вест­ным ему край­ней ни­ще­той с по­да­я­ни­ем (де­нег и одеж­ды). Все де­ла ми­ло­сер­дия св. Иоасаф ста­рал­ся тво­рить так, «чтобы ле­вая ру­ка не зна­ла, что де­ла­ет пра­вая» (Мф.6:3). Но Гос­подь ино­гда от­кры­вал лю­дям их тай­но­го бла­го­де­те­ля. Од­на­жды ке­лей­ник по по­ру­че­нию вла­ды­ки, ку­пив на ба­за­ре дро­ва, при­ка­зал из­воз­чи­ку от­вез­ти их во двор бед­ной се­мьи, но не го­во­рить, от ко­го они при­сла­ны. Хо­зяй­ка до­ма, вдо­ва с тре­мя ма­ло­лет­ни­ми детьми, хо­те­ла бы­ло узнать у из­воз­чи­ка, кто при­слал дро­ва, но, под­няв гла­за вверх, уви­де­ла в воз­ду­хе «в си­я­нии» свя­ти­те­ля Иоаса­фа.

Вся жизнь св. Иоаса­фа его бы­ла непре­стан­ным слу­же­ни­ем Бо­гу, непре­стан­ным хож­де­ни­ем пред Ним. Спа­си­тель­ное уче­ние Хри­ста бы­ло его род­ной сти­хи­ей. От­ра­же­ни­ем ас­ке­ти­че­ско­го ду­ха, ко­то­рым про­ник­ну­та жизнь свя­ти­те­ля Иоаса­фа, слу­жил и внеш­ний его вид, и все сто­ро­ны его жиз­ни. Прис­но­па­мят­ный свя­ти­тель Иоасаф «имел вид пост­ни­че­ский, об­лик несколь­ко стро­гий, с вы­ра­же­ни­ем вдум­чи­вой кро­то­сти, се­дые во­ло­сы и се­дую неболь­шую бо­ро­ду». Стро­гий к дру­гим, свя­ти­тель был еще стро­же к се­бе. В до­маш­ней жиз­ни он со­блю­дал стро­гую про­сто­ту и скром­ность ино­че­скую. Стро­гость св. Иоаса­фа бы­ла вы­ра­же­ни­ем нрав­ствен­ной чи­сто­ты и стро­го ас­ке­ти­че­ско­го на­стро­е­ния, про­ни­кав­ше­го всю его жизнь.

Об­ла­дав­ший мо­лит­вен­ной на­стро­ен­но­стью, ко­то­рая до­хо­ди­ла до пре­де­лов со­зер­ца­ния, бла­жен­ный ар­хи­пас­тырь с обиль­ны­ми сле­за­ми со­вер­шал бес­кров­ное жерт­во­при­но­ше­ние. При бое ча­сов свя­ти­тель про­из­но­сил мо­лит­ву, ко­то­рую сам со­ста­вил и ко­то­рая ста­ла на­зы­вать­ся мо­лит­вой свя­ти­те­ля Иоаса­фа Бел­го­род­ско­го. «Бу­ди бла­го­сло­вен день и час, в онь­же Гос­подь мой Иисус Хри­стос мене ра­ди ро­ди­ся, рас­пя­тие пре­тер­пе и смер­тию по­стра­да. О, Гос­по­ди Иису­се Хри­сте, Сыне Бо­жий, в час смер­ти мо­ея при­ми дух ра­ба Тво­е­го, во стран­ствии су­ща, мо­лит­ва­ми пре­чи­стыя Ма­те­ре и всех свя­тых Тво­их, яко бла­го­сло­вен еси во ве­ки ве­ков. Аминь».

Неза­дол­го до сво­ей кон­чи­ны св. Иоасаф от­пра­вил­ся в Ки­ев­скую епар­хию и в род­ной го­род При­лу­ки для сви­да­ния с ро­ди­те­ля­ми. Про­ща­ясь со сво­ей бел­го­род­ской паст­вой, он ска­зал, что они уже бо­лее не уви­дят его жи­вым, про­сил у всех про­ще­ния и в свою оче­редь сам всем про­стил и бла­го­сло­вил.

Сви­да­ние св. Иоаса­фа с ро­ди­те­ля­ми бы­ло весь­ма тро­га­тель­ным. По­чтен­ный ста­рец-отец свя­ти­те­ля, пре­ис­пол­нен­ный ра­до­сти по слу­чаю сви­да­ния с сы­ном-ар­хи­ере­ем, хо­тел зем­ным по­кло­ном воз­дать долж­ную честь сы­ну и вме­сте с тем при­зна­вал нуж­ным со­блю­сти пре­ро­га­ти­вы, ко­то­рые при­ли­че­ству­ют от­цу. Для осу­ществ­ле­ния этой це­ли отец свя­ти­те­ля, встре­тив­ший сы­на сво­е­го при вы­хо­де его из ка­ре­ты, на­роч­но уро­нил свою трость и, под­ни­мая ее, по­кло­нил­ся до зем­ли про­хо­дя­ще­му в это вре­мя свя­ти­те­лю. За­ме­тив та­кое дей­ствие ро­ди­те­ля, свя­ти­тель со сле­за­ми на­кло­нил­ся к но­гам его и по­спе­шил под­нять трость от­ца. В этом род­ствен­ном объ­я­тии встре­ти­лись и об­ло­бы­за­лись по­чти­тель­ность сы­на к от­цу и бла­го­го­вей­ное ува­же­ние от­ца к сы­ну.

По­се­тив свое род­ное гнез­до, св. Иоасаф в се­ре­дине сен­тяб­ря 1754 го­да от­пра­вил­ся об­рат­но в Бел­го­род. Но по пред­ска­за­нию свя­ти­те­ля, Бел­го­род ему не суж­де­но бы­ло боль­ше уви­деть жи­вым. Оста­но­вив­шись в се­ле Грай­во­рон, где бы­ла его ар­хи­ерей­ская вот­чи­на, св. Иоасаф тя­же­ло за­бо­лел и про­ве­дя бо­лее двух ме­ся­цев на од­ре бо­лез­ни, при­об­щив­шись Свя­тыми Тай­на­ми: По­ка­я­ния, При­ча­ще­ния и Со­бо­ро­ва­ния, 10 де­каб­ря 1754 го­да в 5-м ча­су по­по­лу­дни, ти­хо пре­дал дух свой Бо­гу, про­жив 49 лет, 3 ме­ся­ца и 2 дня.

В час бла­жен­ной кон­чи­ны св. Иоаса­фа игу­мен Хот­мыж­ско­го мо­на­сты­ря Ис­а­ия во вре­мя по­сле­обе­ден­но­го от­ды­ха ви­дел сле­ду­ю­щее зна­ме­на­тель­ное сно­ви­де­ние. Буд­то он на­хо­дил­ся у ар­хи­пас­ты­ря Иоаса­фа в Бел­го­ро­де, при­чем свя­ти­тель, стоя у ок­на, ука­зы­вал ему на во­сток и на яр­ко вос­хо­див­шее солн­це, си­яв­шее осле­пи­тель­ным све­том, и ска­зал: «Как сие солн­це яс­но, так свет­ло я пред­стал в сей час пре­сто­лу Бо­жию». 15 де­каб­ря по­сле за­упо­кой­ной ли­тур­гии в до­маш­ней церк­ви грай­во­рон­ско­го ар­хи­ерей­ско­го до­ма те­ло по­чив­ше­го св. Иоаса­фа бы­ло от­прав­ле­но в г. Бел­го­род для по­гре­бе­ния.

Два с по­ло­ви­ной ме­ся­ца по­сле бла­жен­ной кон­чи­ны св. Иоаса­фа чест­ное те­ло его во гро­бе сто­я­ло от­кры­то в Свя­то-Тро­иц­ком со­бо­ре, не пре­да­ва­ясь тле­нию и не те­ряя обыч­но­го цве­та и ви­да. В этом нетле­нии мно­гие из ве­ру­ю­щих в Три­еди­но­го Бо­га ви­де­ли зна­ме­ние бла­го­да­ти Бо­жи­ей, по­чи­ва­ю­щей на свя­ти­те­ле. Те­ло по­чив­ше­го ар­хи­пас­ты­ря оста­ва­лось непо­гре­бен­ным до кон­ца фев­ра­ля 1755 го­да, по­то­му что на­зна­чен­ный Свя­тей­шим Си­но­дом для со­вер­ше­ния по­гре­бе­ния чест­но­го те­ла св. Иоаса­фа Пе­ре­я­с­лав­ский и Бо­ри­со­поль­ский прео­свя­щен­ный Иоанн Коз­ло­вич был за­дер­жан раз­ли­ти­ем рек.

Лишь 28 фев­ра­ля 1755 го­да в со­слу­же­нии мно­го­чис­лен­но­го сон­ма пас­ты­рей Церк­ви Бо­жи­ей гроб с те­лом ар­хи­пас­ты­ря-по­движ­ни­ка Иоаса­фа был по­став­лен в скле­пе (в юго-за­пад­ной ча­сти Бел­го­род­ско­го Свя­то-Тро­иц­ко­го со­бо­ра), ко­то­рый был со­ору­жен по по­ве­ле­нию по­чив­ше­го свя­ти­те­ля.

Спу­стя 2 го­да по по­гре­бе­нии св. Иоаса­фа неко­то­рые из ду­хов­ных чи­нов ка­фед­раль­но­го со­бо­ра, зная свя­тую жизнь ар­хи­пас­ты­ря, тай­но по­шли в его усы­паль­ни­цу и от­кры­ли гроб. При этом не толь­ко те­ло свя­ти­те­ля бы­ло нетлен­ным во всех сво­их со­ста­вах, но и к са­мым одеж­дам его, по­кро­ву и са­мо­му гро­бу не кос­ну­лось да­же ма­лей­ше­го тле­ния, хо­тя и чув­ство­ва­лась до­ста­точ­ная сы­рость в воз­ду­хе при от­кры­тии скле­па. Слух об этом вско­ре рас­про­стра­нил­ся по­всю­ду и стал при­вле­кать к гро­бу свя­ти­те­ля мно­гих недуж­ных, ко­то­рые по со­вер­ше­нии па­ни­хид о пред­ста­вив­шем­ся свя­ти­те­ле до­пус­ка­е­мы бы­ли к нетленным мо­щам его и по ве­ре сво­ей по­лу­ча­ли ис­це­ле­ния. Так жил, так тру­дил­ся на ни­ве Хри­сто­вой, под­ви­зал­ся по­дви­гом доб­рым и по­чил в Гос­по­де Бел­го­род­ский свя­ти­тель Иоасаф, ве­ли­кий све­точ пра­во­слав­ной хри­сти­ан­ской ве­ры.

ИНОЕ ЖИЗ­НЕ­ОПИ­СА­НИЕ СВЯ­ТИ­ТЕ­ЛЯ ИОАСА­ФА БЕЛ­ГО­РОД­СКО­ГО

Свя­ти­тель Иоасаф, епи­скоп Бел­го­род­ский ро­дил­ся 8 сен­тяб­ря 1705 го­да, в празд­ник Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, в г. При­лу­ки Пол­тав­ской гу­бер­нии в се­мье Ан­дрея Дмит­ри­е­ви­ча и Ма­рии Да­ни­лов­ны Гор­лен­ко. В Кре­ще­нии на­зван Иоаки­мом. Од­на­жды его отец уви­дел на небе Пре­свя­тую Бо­жию Ма­терь, а у ног Ее скло­нен­но­го в мо­лит­ве Иоаки­ма и услы­шал го­лос: «До­вле­ет Ми мо­лит­ва твоя». В то же мгно­ве­ние Ан­гел на­крыл ре­бен­ка ман­ти­ей епи­ско­па. Отец был по­тря­сен, но за­был уви­ден­ное и вспом­нил о нем толь­ко по­сле кон­чи­ны сы­на.

В 1712 го­ду се­ми­лет­не­го Иоаки­ма от­да­ли в Ки­ев­скую Ду­хов­ную Ака­де­мию. По­се­ще­ния Ки­е­во-Пе­чер­ской Лав­ры про­бу­ди­ли в маль­чи­ке же­ла­ние стать ино­ком. Семь лет бу­ду­щий свя­ти­тель ис­пы­ты­вал се­бя и, утвер­див­шись, по­про­сил у ро­ди­те­лей бла­го­сло­ве­ния на по­стриг. Отец стро­го от­ка­зал и, чтобы на­блю­дать за сы­ном, при­ста­вил к нему слу­гу. В 1725 го­ду тай­но от ро­ди­те­лей Иоаким при­нял ря­со­фор с име­нем Ила­ри­он в Ки­ев­ском Ме­жи­гор­ском мо­на­сты­ре. Отец и мать сми­ри­лись и по­сла­ли ему свое бла­го­сло­ве­ние.

21 но­яб­ря 1727 го­да, по­сле окон­ча­ния Ду­хов­ной Ака­де­мии, инок Ила­ри­он при­нял по­стриг в ман­тию с име­нем Иоасаф в Ки­е­во-Брат­ском мо­на­сты­ре. А через год он был хи­ро­то­ни­сан ар­хи­епи­ско­пом Ки­ев­ским Вар­ла­а­мом (Во­на­то­ви­чем) в сан иеро­ди­а­ко­на и остав­лен пре­по­да­ва­те­лем в Ки­ев­ской Ду­хов­ной Ака­де­мии. По­сле смер­ти Прео­свя­щен­но­го Вар­ла­а­ма Ки­ев­ской ка­фед­рой управ­лял ар­хи­епи­скоп Ра­фа­ил (За­бо­ров­ский). Необы­чай­ные спо­соб­но­сти мо­ло­до­го по­движ­ни­ка при­влек­ли его вни­ма­ние, и он по­ру­чил ему долж­ность эк­за­ме­на­то­ра при Ки­ев­ской ар­хи­епи­ско­пии. В но­яб­ре 1734 го­да иеро­ди­а­кон Иоасаф был по­свя­щен в сан иеро­мо­на­ха и пе­ре­ве­ден из Брат­ско­го мо­на­сты­ря в Ки­е­во-Со­фий­ский ар­хи­ерей­ский дом. В том же го­ду его на­зна­чи­ли чле­ном Ки­ев­ской ду­хов­ной кон­си­сто­рии. Де­я­тель­ность свя­то­го Иоаса­фа в кон­си­сто­рии яви­лась для него хо­ро­шей шко­лой: он узнал нуж­ды свя­щен­но­слу­жи­те­лей, де­ло­вые ка­че­ства со­че­тал с по­дви­гом мо­лит­вы и по­ста и быст­ро вос­хо­дил по ле­стви­це ду­хов­но­го со­вер­шен­ство­ва­ния. Об этом сви­де­тель­ству­ет его тво­ре­ние «Брань сед­ми чест­ных доб­ро­де­те­лей с сед­ми гре­ха­ми смерт­ны­ми», а так­же сло­ва, с ко­то­ры­ми он об­ра­тил­ся к сво­ей сест­ре пе­ред кон­чи­ной (у свя­ти­те­ля бы­ло сла­бое здо­ро­вье): «Сест­ри­ца, су­ро­вые по­дви­ги в на­ча­ле не да­ют мне ве­ку до­жить!»

24 июня 1737 го­да иеро­мо­нах Иоасаф был на­зна­чен на­сто­я­те­лем Свя­то-Пре­об­ра­жен­ско­го Мгар­ско­го мо­на­сты­ря в г. Луб­ны, с воз­ве­де­ни­ем в сан игу­ме­на. Он от­дал все си­лы для бла­го­устрой­ства оби­те­ли — в про­шлом опло­та Пра­во­сла­вия в борь­бе с уни­ей. В од­ном из хра­мов мо­на­сты­ря по­ко­и­лись мо­щи свя­ти­те­ля Афа­на­сия, пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го, Лу­бен­ско­го чу­до­твор­ца (па­мять 2 мая), ко­то­рый в сви­де­тель­ство о сво­ем по­кро­ви­тель­стве несколь­ко раз яв­лял­ся но­во­му игу­ме­ну.

В 1744 го­ду мит­ро­по­лит Ра­фа­ил воз­вел игу­ме­на Иоаса­фа в сан ар­хи­манд­ри­та. В кон­це то­го же го­да свя­то­го вы­зва­ли в Моск­ву и по рас­по­ря­же­нию Свя­тей­ше­го Си­но­да на­зна­чи­ли на­мест­ни­ком Свя­то-Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой Лав­ры.

В оби­те­ли пре­по­доб­но­го Сер­гия свя­ти­тель са­мо­от­вер­жен­но ис­пол­нял по­слу­ша­ния Церк­ви (тре­бо­ва­лось мно­го сил для вос­ста­нов­ле­ния мо­на­сты­ря по­сле по­жа­ра).

2 июня 1748 го­да в Пет­ро­пав­лов­ском со­бо­ре Пе­тер­бур­га ар­хи­манд­рит Иоасаф был хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па Бел­го­род­ско­го. На ар­хи­ерей­ской ка­фед­ре свя­ти­тель Иоасаф стро­го сле­дил за со­блю­де­ни­ем бла­го­че­стия, нрав­ствен­но­стью паст­вы, за пра­виль­но­стью со­вер­ше­ния Бо­го­слу­же­ния, и со­сто­я­ни­ем хра­мов, еже­год­но объ­ез­жал епар­хию. Од­на­жды он уви­дел во сне, что в при­тво­ре ка­кой-то церк­ви на гру­де му­со­ра на­хо­дит­ся ико­на Пре­чи­стой Бо­жи­ей Ма­те­ри и услы­шал го­лос: «Об­раз Мой пред­на­зна­чен быть ис­точ­ни­ком бла­го­да­ти, а его вы­бро­си­ли в му­сор!» Ико­ну Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, име­ну­е­мую Пес­чан­ской, ко­то­рую свя­ти­тель на­шел в Воз­не­сен­ской церк­ви в пред­ме­стье го­ро­да Изю­ма — За­мо­стье, он при­ка­зал по­ста­вить в хра­ме и дол­го мо­лил­ся пе­ред ней. Как-то на со­бра­нии ду­хо­вен­ства свя­ти­тель за­ме­тил очень ста­ро­го свя­щен­ни­ка (130-ти лет) и из бе­се­ды с ним узнал, что при­чи­на то­ми­тель­но­го дол­го­ле­тия — нерас­ка­ян­ный грех: мест­ный по­ме­щик опоз­дал к Ли­тур­гии и за­ста­вил свя­щен­ни­ка со­вер­шить ее вто­рич­но, что свя­ты­ми ка­но­на­ми за­пре­ще­но. По­сле пер­во­го же воз­гла­са свя­щен­ник услы­шал: «Не дер­зай, про­клят бу­дешь!» В ис­ступ­ле­нии несчаст­ный ска­зал: «Сам ты про­клят!» — и про­дол­жил Ли­тур­гию. Свя­ти­тель ужас­нул­ся и ска­зал: «Ты про­клял Ан­ге­ла Хра­ни­те­ля свя­то­го ме­ста, ко­то­рые все­гда на­хо­дят­ся в тех ме­стах, где сто­ят церк­ви, и это при­чи­на тво­е­го дол­го­ле­тия». Свя­ти­тель взял по­ход­ную цер­ковь и от­пра­вил­ся с по­ка­яв­шим­ся свя­щен­ни­ком в по­ле, на ме­сто быв­шей церк­ви, бла­го­сло­вил его от­слу­жить Ли­тур­гию и во вре­мя ее со­вер­ше­ния усерд­но мо­лил­ся, пре­кло­нив ко­ле­ни. По окон­ча­нии Ли­тур­гии свя­щен­ник про­чи­тал по­сле от­пу­ста мо­лит­ву пра­вед­но­го Си­мео­на Бо­го­при­им­ца. За­тем свя­ти­тель бла­го­сло­вил его и ска­зал: «Про­щаю и раз­ре­шаю тя от всех тво­их гре­хов». При­ми­рен­ный с Бо­гом и со­ве­стью, ста­рец при­пал к под­но­жию пре­сто­ла и скон­чал­ся.

Од­на­жды в ком­на­те од­но­го свя­щен­ни­ка свя­ти­тель по­чув­ство­вал неизъ­яс­ни­мый тре­пет. На пол­ке меж­ду цве­точ­ны­ми горш­ка­ми он на­шел в бу­маж­ке Свя­тые за­пас­ные Да­ры. Ко­ле­но­пре­кло­нен­но всю ночь он мо­лил­ся пе­ред свя­ты­ней, а утром ли­шил недо­стой­но­го пас­ты­ря са­на.

Свя­ти­тель Иоасаф тща­тель­но скры­вал свою внут­рен­нюю жизнь. Он стя­жал бла­го­дат­ный мо­лит­вен­ный дар слез и при каж­дом бое ча­сов чи­тал мо­лит­ву: «Бу­ди бла­го­сло­вен день и час, в онь­же Гос­подь наш Иисус Хри­стос мене ра­ди ро­ди­ся, рас­пя­тие пре­тер­пе и смер­тию по­стра­да». Пись­ма к ма­те­ри сви­де­тель­ству­ют о неж­но­сти серд­ца ар­хи­пас­ты­ря, пе­ред стро­го­стью ко­то­ро­го тре­пе­та­ла вся епар­хия. Он по­ку­пал и сам ко­лол дро­ва для бед­ных вдов и си­рот. Тай­но ока­зы­вал де­неж­ную по­мощь: в ночь на Рож­де­ство из-за бо­лез­ни ке­лей­ни­ка сам раз­нес ее и, неузнан­ный, был из­бит сво­им при­врат­ни­ком, ко­то­ро­го про­стил, ода­рил, но за­ста­вил мол­чать. По­сто­ян­но кор­мил бед­ня­ков, по­сы­лал пи­щу за­клю­чен­ным в тюрь­мах.

В июле 1754 го­да свя­ти­тель в по­след­ний раз по­се­тил ро­ди­тель­ский дом. Вый­дя из эки­па­жа, по­кло­нил­ся от­цу в но­ги. Узнав, что храм, стро­ив­ший­ся род­ствен­ни­ка­ми, не за­вер­шен, он за­ста­вил бра­та по­спе­шить и до­стро­ить при­дел. Рас­по­ря­дил­ся, чтобы просфо­ры вы­пе­ка­ли толь­ко из бе­лой му­ки. За­тем по­се­тил Мгар­ский мо­на­стырь и от­пра­вил­ся в об­рат­ный путь, но до ка­фед­раль­но­го го­ро­да не до­е­хал. Из­не­мо­гая от бо­лез­ни, свя­ти­тель Иоасаф оста­но­вил­ся в за­го­род­ном ар­хи­ерей­ском име­нии Грай­во­рон. На смерт­ном ло­же он пред­ска­зал сво­е­му ке­лей­ни­ку Ва­си­лию, что он бу­дет диа­ко­ном, а свя­щен­ни­ком не станет. Так и слу­чи­лось. По­сле со­бо­ро­ва­ния, ис­по­ве­ди и при­ча­ще­ния Свя­тых Хри­сто­вых Та­ин 10 де­каб­ря 1754 го­да свя­ти­тель Иоасаф скон­чал­ся. Те­ло по­чив­ше­го при­вез­ли в Бел­го­род, плач и ры­да­ния на­ро­да за­глу­ша­ли пе­ние. По­сле епи­ско­па оста­лось толь­ко 70 ко­пе­ек. Хо­ро­ни­ли его на сред­ства ар­хи­ерей­ско­го до­ма. Прео­свя­щен­ный Иоанн Пе­ре­я­с­лав­ский за­дер­жал­ся и при­был толь­ко в фев­ра­ле, а свя­ти­тель Иоасаф ле­жал в от­кры­том гро­бу до по­гре­бе­ния, и тле­ние не кос­ну­лось его. По­хо­ро­ни­ли свя­ти­те­ля в Тро­иц­ком со­бо­ре 23 фев­ра­ля. Через два го­да его свя­тые мо­щи бы­ли об­на­ру­же­ны нетлен­ны­ми. Про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля Иоаса­фа в ли­ке свя­тых со­сто­я­лось 4 сен­тяб­ря 1911 го­да.

 

 

***

Святитель Митрофан, епископ Воронежский

Святитель Митрофан, первый епископ Воронежский, родился 6 ноября 1623 года во Владимирской земле, по предположению, в семье священника. Мирское имя будущего святителя было Михаил. Половину своей жизни святой прожил в миру, был женат и имел детей. Сохранились сведения о заботливости святого Митрофана по воспитанию своего сына Ивана. Будущий епископ был некоторое время священником в селе Сидоровском Суздальской епархии. На 40-м году жизни он овдовел и решил посвятить свою жизнь Богу. Своим местожительством он избрал Золотниковский Успенский монастырь недалеко от Суздаля, где и был пострижен в иночество с именем Митрофан.

Здесь угодник Божий начал иноческое подвижничество, отличаясь глубоким смирением. О его строгой иноческой жизни стало известно в монашеской среде. Через три года после вступления в Золотниковскую обитель братия соседнего Яхромского Космина монастыря, не имевшего в ту пору настоятеля, стали просить местное духовное начальство о поставлении им в игумены Митрофана. Просьба была исполнена. Ведя строгую подвижническую жизнь, Митрофан стал заботливым и снисходительным отцом для монахов, отвечавших ему уважением и послушанием. Этим монастырем он управлял десять лет, его заботами здесь воздвигнут храм в честь Нерукотворного Образа Всемилостивого Спаса.

Когда о ревности подвижника узнал патриарх Московский и всея Руси Иоаким, он возвел его в 1675 году в сан архимандрита и поручил ему более обширную Унженскую обитель, основанную в XV в. преподобным Макарием Желтоводским в Костромской земле. Здесь будущий святитель настоятельствовал около семи лет, в течение которых монастырь достиг процветания. Был построен храм в честь Благовещения Пресвятой Девы Марии с трапезной и колокольней, написано немало замечательных икон.

Монастырь игумена Митрофана привлекал внимание не одного патриарха, но и царя Феодора Алексеевича, который посещал обитель и нередко беседовал с настоятелем. При дворе к святому относились с особым почтением. Когда по решению Московского Церковного Собора 1681-1682 годов была образована новая Воронежская епархия, царь Феодор первым ее епископом предложил назначить игумена Митрофана. Епископскую хиротонию 2 апреля 1682 года возглавил патриарх Иоаким.

Святителю Митрофану пришлось быть свидетелем бунта раскольников в июле того же года и присутствовать на «прении о вере» между старообрядцами и православными в Грановитой палате. Это событие произвело на него сильное впечатление и впоследствии сказалось на его архиерейских делах. Святитель Митрофан приобрел известность как обличитель раскола и сподвижник патриотических начинаний царя-реформатора. Святитель Митрофан рассматривал духовенство как силу, способную воздействовать на население самым благотворным образом.

«Честные иереи Бога Вышняго! – писал святитель. – Вожди стада Христова! Вы должны иметь светлые умные очи, просвещенные светом разумения, чтобы вести других по правому пути. По слову Господа, вы должны быть самым светом: «вы есте свет миру» (Мф.5:14)... Христос Спаситель, вручая паству апостолу Своему, трижды сказал ему: паси, как бы внушая тем, что три есть различные образа пасения: слово учения, молитва при пособии Святых Таин и пример жизни. Действуйте и вы всеми тремя способами: подавайте пример доброй жизни, учите людей своих и молитесь о них, укрепляя их Святыми Тайнами; наипаче же неверных просвещайте Святым Крещением, а согрешивших приводите к покаянию. Будьте внимательны к болящим, чтобы не отошли от сей жизни без Причащения Святых Тайн и помазания святым елеем».

В самом начале своей деятельности святитель начал сооружать в Воронеже новый каменный храм в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. В 1692 году собор с приделами во имя Архистратига Михаила и святителя Николая был освящен. Святитель Митрофан любил церковное благолепие и вкладывал в строительство кафедрального собора огромные средства. Во время 20-летнего святительства святителя Митрофана количество храмов в епархии возросло с 182 до 239, было основано 2 монастыря: Вознесенский Коротоякский и Троицкий Битюгский. В существовавших монастырях он заботился об искоренении нестроений и беспорядков и утверждении строгой жизни по иноческому уставу. При этом быт самого святителя был более чем скромен.

Первый воронежский святитель ревностно заботился о нуждах паствы. Он утешал бедных и богатых, был покровителем вдов и сирот, заступником обиженных. Его дом служил гостиницей для странников и лечебницей для больных. Молился святитель не только о живых, но и об усопших христианах, и особенно о воинах, павших за Отечество, вписывая их имена в синодик. Поминая их за проскомидией, святитель Митрофан говорил: «Аще праведна душа, то большей части сподоблена бывает, аще ли грешна, то будет причастница милости Божией».

Известно о большой дружбе святителя Митрофана с святителем Питиримом, епископом Тамбовским. Они не только поддерживали переписку, но и встречались для духовных бесед. История основания близ Тамбова Трегуляевского Иоанно-Предтеченского монастыря связана с дружбой святителей. 15 сентября 1688 года святитель Митрофан посетил святителя Питирима. Втроем (с ними был священник Василий) они совершили прогулку в места уединенных молитв Тамбовского архипастыря и избрали место для будущей обители.

Особую страницу в биографии святителя Митрофана составляют его взаимоотношения с Петром I. Святитель глубоко и сочувственно входил в судьбу молодого царя, старался содействовать возникавшим полезным для Отечества преобразованиям. Он одобрял постройку флота, предпринятую Петром I в Воронеже, и поддержал ее материально. Когда в 1696 году русские войска одержали победу над турками под Азовом, Петр I повелел святителю Митрофану как бы в награду за участие в этой победе именоваться епископом Воронежским и «Азовским». В то же время святитель Митрофан не мог одобрить слишком тесного общения царя с иноземными иноверцами и бездумного восприятия их обычаев. Святитель отказался посетить воронежский дворец царя из-за находившихся в нем языческих античных статуй. Когда разгневанный Петр стал грозить ему смертью, святитель начал готовиться к ней, предпочитая умереть, нежели одобрить неприемлемые для православного человека языческие ритуалы.

Исповедничество епископа устыдило Петра, в знак согласия с ним он убрал статуи, и мир был восстановлен. На Воронежской кафедре угодник Божий пробыл 20 лет, до самой своей кончины.

Любимым размышлением святого было памятование о смерти, о загробной жизни, о мытарствах; любимой молитвой – молитва об умерших.

Не будучи знаком с распространенной в XVII в. латинской схоластикой, святитель Митрофан прекрасно знал Священное Писание и святоотеческие труды. В своем «Духовном завещании» святитель Митрофан назидал: «Для всякого человека таково правило мудрых мужей: употреби труд, храни умеренность – богат будешь; воздержно пей, мало ешь – здрав будешь; твори благо, бегай злого – спасен будешь». Преставился к Богу святитель Митрофан в 1703 году в глубокой старости. Незадолго до кончины святитель принял схиму с именем Макарий. Погребен он был в Благовещенском соборе в Воронеже с большими почестями: царь своими руками помогал нести гроб святителя, почитаемого им за «святого старца».

С 1820 года число почитателей молитвенной памяти святителя Митрофана особенно возросло, при соборе начали появляться записи о чудесах на его гробнице. В 1831 году последовало официальное донесение об этом Синоду, по решению которого 7 августа 1832 года состоялось торжественное открытие гроба, а затем последовала канонизация святителя. От его святых мощей по милости Божией происходили многочисленные исцеления страждущих телесными и душевными недугами, одержимых, расслабленных. В 1836 году при Благовещенском соборе в Воронеже был учрежден Благовещенский Митрофанов монастырь.

Память о глубоком благочестии и пастырских добродетелях святителя Митрофана (в схиме Макария) свято чтима была в Воронеже со времени его кончины († 23 ноября 1703). Преемники его, воронежские преосвященные, считали священным долгом ежегодно творить поминовение по первосвятителе своей паствы и его родителях, иерее Василии и Марии. Жители Воронежа и окрестностей приходили в Благовещенский собор, где на месте погребения святителя совершались панихиды. Побуждением к усиленному поминовению святителя Митрофана было и предсмертное завещание его – совершать о нем молитвы. В нем также говорится: «Судьбами Божиими дошел я до состарения и ныне изнемогаю естественной моею силою. Сего ради судил я написать сие последнее мое писание... Когда душа моя грешная разрешится от союза плоти, вручаю ее благоутробию Премудрого Бога, ее создавшего, да приимет ее милостиво, как дело рук Своих, а кости грешные предаю матери всех, чая оттуда воскресения мертвых». Далее, обращаясь к пастырям и пасомым, святитель говорит: «Простец согрешивший за одну только свою душу даст ответ Богу, а иереи будут истязаны за многих, как нерадевшие о овцах, с которых собирали млеко и волну (шерсть)... Для всякого человека таково правило мудрых мужей: употреби труд, храни мерность – богат будеши; воздержно пий, мало яждь – здрав будеши; твори благо, бегай злаго – спасен будеши».

Впоследствии новое поколение хотя и не знало святителя, но также благоговейно почитало его память. Уверенность в святости первосвятителя Воронежской епархии утверждалась нетлением его мощей, освидетельствованных при неоднократном перенесении их из одного храма в другой. Так, в 1718 году Воронежский митрополит Пахомий, приступая к постройке нового собора, приказал разобрать старый Благовещенский собор, при этом тело святителя Митрофана было на время перенесено в церковь Неопалимой Купины; в 1735 году тело святителя было перенесено в новый собор, при этом было засвидетельствовано нетление его мощей. На месте погребения святителя обыкновенно совершались панихиды о нем.

С 1820 года замечено было, что число почитателей памяти святителя Митрофана, стекавшихся в Воронеж, чрезвычайно увеличилось. Увеличились и благодатные знамения. Архиепископ Воронежский Антоний II неоднократно доносил Святейшему Синоду о чудесах и испрашивал разрешение на прославление святителя. Святейший Синод предписывал наблюдать за благодатными дарами, получаемыми у гроба святителя Митрофана. В 1831 г. по освидетельствовании нетленного тела святителя преосвященный Антоний вместе с членами комиссии Святейшего Синода архиепископом Ярославским Евгением и архимандритом Спасо-Андрониевского Московского монастыря Гермогеном убедились в чудодейственном ходатайстве святителя Митрофана у Престола Божия. Святейший Синод вынес решение о причтении святителя Митрофана к лику святых. С тех пор Русская Церковь совершает память святителя дважды в год: 23 ноября – в день преставления, 7 августа (1832) – в день прославления.

В Воронежской епархии архиепископом Антонием II (1827–1846) в честь святителя Митрофана были установлены еще следующие празднования: 4 июня, на память святителя Митрофана, патриарха Цареградского, – день тезоименитства святителя Митрофана, епископа Воронежского, 2 апреля – день архиерейской хиротонии святителя Митрофана (в 1682 году) и 11 декабря – по случаю явления мощей святителя Митрофана (в 1831 году).

Как уже было сказано выше, святитель Митрофан оставил духовное завещание. Подлинник его хранится в Государственном Историческом Музее (N 820/Син. 669). На завещании собственноручная скрепа-автограф святителя: «Сия изустная духовная потпи(сал) я... епископ Митрофан Воронежский». На нижней доске (внутри) находится запись скорописью ХVIII века: «Сия книга тестамент или завет Преосвященного епископа Воронежского схимонаха Макария, писан в Богоспасаемом граде Воронеже, в доме его Преосвященства, соборныя церкви диаконом Афанасием Евфимовым. Преставися сей Преосвященный епископ, схимонах Макарий, ноемврия месяца 23 дня 703–го года, а погребен декабря 4-го дня (Описание рукописей Синодального собрания, не вошедших в описание А.В. Горского и К.И. Невоструева. Составила Т.Н. Протасьева. Часть II NN 820–1051, М., 1973, с. 6).

В день, предшествовавший открытию мощей святителя Митрофана, архиепископ Воронежский Антоний собрался идти в церковь, чтобы возложить на них приготовленное новое архиерейское облачение. Внезапно он ощутил в себе такое расслабление, что едва мог пройти по келлии. Озабоченный этим, он сел в размышлении и услышал тихий голос: «Не нарушай моего завещания».

Не тотчас понял он это, но, думая о своем намерении, собрался с силами и открыл хранилище, где было облачение, там он обнаружил схиму, принесенную незадолго перед тем неизвестной монахиней, вручившей ему со словами, что она скоро понадобится.

Увидев эту схиму, владыка понял, что слова «не нарушай моего завещания» есть воля святителя Митрофана, чтобы не полагать на его мощи архиерейского облачения, а оставлять их в схиме, свидетельствуя тем о глубокой духовной связи со своим покровителем преподобным Макарием Унженским и своем крайнем смирении.

 

 

***

 

Собор Воронежских святых

На епар­хи­аль­ном со­бра­нии Во­ро­неж­ской епар­хии, со­сто­яв­шем­ся в Во­ро­не­же 28 фев­ра­ля 2002 го­да по ини­ци­а­ти­ве мит­ро­по­ли­та Во­ро­неж­ско­го Ме­фо­дия, бы­ло еди­но­душ­но уста­нов­ле­но празд­но­ва­ние дня со­бор­ной па­мя­ти всех свя­тых Во­ро­неж­ской епар­хии. Днем но­во­го цер­ков­но­го празд­ни­ка ста­ло 4 (17) сен­тяб­ря, па­мять вто­ро­го об­ре­те­ния мо­щей свя­ти­те­ля Мит­ро­фа­на Во­ро­неж­ско­го, про­изо­шед­шее в 1989 го­ду. Как ска­зал мит­ро­по­лит Ме­фо­дий: "Это со­бы­тие – на­ча­ло но­во­го эта­па в жиз­ни на­шей епар­хии, оно ста­ло под­лин­ным зна­ме­ни­ем воз­рож­де­ния цер­ков­ной жиз­ни". Празд­ник был уста­нов­лен по бла­го­сло­ве­нию пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и всея Ру­си Алек­сия II и впер­вые был от­ме­чен в 2002 го­ду. 15 апреля 2013 года епархиальный совет Воронежской епархии утвердил новую редакцию поименного списка Собора Воронежских святых. По этому решению в Собор были включены: 

  • Свт. Алексий Московский, митр. Киевский и всея Руси († 1378, память 12 февраля, 20 мая)
  • Свт. Митрофан, в схиме Макарий, первый еп. Воронежский († 1703, память 7 августа, 4 сентября, 23 ноября)
  • Свт. Тихон (Соколов), еп. Воронежский, Задонский чудотворец,(† 1783, 13 августа)
  • Прав. Феодор Ушаков († 1817, память 23 июля, 2 октября)
  • Прп. Иоанн Сезеновский († 1839, местная память 14 декабря)
  • Свт. Антоний (Смирницкий), архиеп. Воронежский, († 1846, память 10 мая [местн.], 20 декабря)
  • Прп. Иларион Троекуровский, затворник († 1853, местная память 5 ноября)
  • Свт. Иннокентий (Борисов), архиеп. Херсонский († 1857, память 25 мая)
  • Прп. Дария Сезеновская († 1858, местная память)
  • Прп. Иларион Оптинский († 1873, память 18 сентября)
  • Прп. Серафима Сезеновская († 1877, местная память 14 сентября)
  • Прп. Иоанникий (Аверкиев) Святогорский, иером., († 1882, память 10 февраля)
  • Прп. Амвросий Оптинский († 1891, память 10 октября, 27 июня)
  • Свт. Феофан Затворник, Вышенский, еп. († 1894, память 10 января)
  • Свт. Иустин (Полянский), еп. († 1903, память в Соборе Крымских святых)
  • Сщмч. Иоанн Кочуров († 1917, память 31 октября)
  • Сщмч. Митрофан (Краснопольский), архиеп. Астраханский († 1919, память 23 июня)
  • Сщмч. Тихон (Никаноров), архиеп. Воронежский († 1920, память 27 декабря)
  • Сщисп. Агафангел (Преображенский), митр. Ярославский († 1928, память 3 октября)
  • Прмч. Иннокентий (Беда) († 1928, память 24 декабря)
  • Прп. Нектарий Оптинский († 1928, память 29 апреля)
  • Сщмч. Петр (Зверев), архиеп. Воронежский († 1929, память 25 января, 4 июня)
  • Сщмч. Василий (Зеленцов), еп. Прилукский († 1930, память 25 января)
  • Сщмчч. Александр Вислянский и Даниил Алферов († 1930, память 21 февраля)
  • Сщмчч. архим. Тихон (Кречков), иеромм. Георгий (Пожаров) и Косма (Вязников), свящщ. Александр Архангельский, Сергий Гортинский, Георгий Никитин, Иоанн Стеблин-Каменский,Феодор Яковлев, мчч. Евфимий Гребенщиков и Петр Вязников († 1930, память 20 июля)
  • Прмч. Игнатий (Бирюков) († 1932, память 15 сентября)
  • Прписп. Георгий (Лавров) († 1932, память 21 июня, 28 сентября)
  • Сщмч. Николай Околович († 1934, память 30 августа)
  • Сщмч. Петр (Полянский), митр. Крутицкий († 1937, память 27 сентября)
  • Сщмч. Захария (Лобов), архиеп. Воронежский († 1937, память 9 сентября)
  • Сщмч. Сергий (Зверев), архиеп. Елецкий († 1937, память 7 ноября)
  • Сщмч. Иоанн (Троянский), еп. Великолукский († 1937, память 22 августа)
  • Сщмч. Иона (Лазарев), еп. Невельский († 1937, память 8 октября)
  • Сщмч. Кирилл (Смирнов), митр. Казанский († 1937, память 7 ноября)
  • Сщмч. Борис (Воскобойников), еп. Ивановский († 1937, память 23 ноября)
  • Сщмч. Тихон Архангельский († 1937, память 4 октября) и исп. Хиония Архангельская († 1945, память 4 октября)
  • Сщмч. Феодосий Болдырев († 1937, память 16 декабря)
  • Сщмч. Алексий Зиновьев († 1937, память 3 сентября)
  • Сщмч. Василий Максимов († 1937, память 10 сентября)
  • Сщмч. Глеб Апухтин († 1937, память 10 сентября)
  • Сщмч. Евгений Попов († 1937, память 10 сентября)
  • Сщмч. Феодор Богоявленский († 1937, память 27 сентября)
  • Сщмч. Александр Орлов († 1937, память 20 октября)
  • Cщмч. Александр Лебедев († 1937, память 22 октября)
  • Прмч. Евтихий (Качур) († 1937, память 25 января)
  • Прмч. Иларион (Цуриков) († 1937, память 22 августа)
  • Прмч. Амвросий (Астахов) († 1937, память 8 октября)
  • Прмч. Алексий (Гаврин) († 1937, память 27 ноября)
  • Сщмч. Онуфрий (Гагалюк), архиеп. Курский († 1938, память 19 мая)
  • Сщмч. Игнатий (Садковский), еп. Скопинский († 1938, память 28 января)
  • Сщмч. Иоанн (Троянский), еп. Великолукский († 1938, память 22 августа)
  • Сщмч. Уар (Шмарин), еп. Липецкий († 1938, память 10 сентября)
  • Сщмчч. свящщ. Павел Попов и Николай Садовский, мч. Георгий (Григорий) Богоявленский († 1938, память 19 мая)
  • Сщмч. Иоанн Алешковский свящ. († 1938, память 4 февраля)
  • Сщмч. Сергий Кротков († 1938, память 18 июня)
  • Прмч. Антипа (Кириллов), Татариенцевский, иером., († 1938, память 22 февраля)
  • Прмц. Наталия (Ульянова) († 1938, память 9 марта)
  • Прп. Силуан Афонский († 1938, память 11 сентября)
  • Сщмч. Исмаил Базилевский († 1941, память 4 ноября)
  • Сщмч. Василий Крымкин, свящ. († 1942, память 21 сентября)
  • Мц. Александра Смолякова († 1942)
  • Мцц. Анна Боровская, Ефросиния Денисова, Наталия Силуянова († 1942, память 29 декабря)
  • Прмч. Феодор (Богоявленский) († 1943, память 6 июля)
  • Прмц. Пелагия (Жидко), монахиня († 1944, память 13 июня)
  • Прписп. Сергий (Сребрянский) († 1948, память 23 марта, 28 ноября)
  • Сщисп. Сергий Правдолюбов († 1950, память 21 сентября, 5 декабря)
  • Сщисп. Лука (Войно-Ясенецкий), архиеп. Крымский († 1961, память 29 мая)

Дополнительная информация

Прочитано 256 раз

Главное

Календарь


« Февраль 2023 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28          

Аналитика

Политика